Они не стали друг для друга первой и единственной любовью. В жизни Марины Влади и Владимира Высоцкого уже были мужья и жены и пятеро сыновей на двоих. Но любовь - чистая, проникновенная.

Они не стали друг для друга первой и единственной любовью. В жизни Марины Влади и Владимира Высоцкого уже были мужья и жены и пятеро сыновей на двоих. Но любовь - чистая, проникновенная, безудержная была у каждого впервые.

Ему был 21 год, когда он увидел ее страстную, молодую, красивую в фильме «Колдунья». «Ты будешь моей женой» тогда произнес он уверенно, что близкие друзья приняли всерьез.

Первая их встреча произошла в Москве. Марина из Франции прилетела в Россию на кинофестиваль. Ее знакомый Макс Лион по чистой случайности пригласил актрису в Театр на Таганке на репетицию спектакля «Пугачев», где играл Высоцкий.

Влади была потрясена игрой актера настолько, что согласилась поужинать с ним.

А после они вместе поехали в гости к Максу. Там Высоцкий всю ночь играл на гитаре, а на следующий день они снова отправились на свидание.

Чувство влюбленности было взаимно. Владимир умолял Марину остаться в России, но Влади отвечала, что во Франции ее ждут дети и мама.

Уже через день в Париже, она начала тосковать, как вдруг раздался телефонный звонок. На том конце провода она услышала дорогой голос.

Им было по 32, когда они расписались в 1970-м. Марина продолжала жить во Франции – там ее работа, съемки. Высоцкого еще 6 лет не выпускали из СССР.

Отношения на расстоянии не приносили супругам счастья. Но именно этот период для Высоцкого стал «золотым». Он писал стихи и песни, много снимался в кино и играл в театре.

А когда в 1976 он все-таки получил визу, они объездили всю Европу и США.

11 июля 1980 года супруги снова разлучились: Высоцкий улетал в Москву, а Влади была вынуждена остаться во Франции.

Она будто чувствовала, что видит его живым в последний раз и повторяла: «Береги себя». В ответ на это артист написал на рекламной открытке стихи. «Подари их мне!», — попросила Влади. «Здесь неразборчиво. Я вышлю тебе их телеграммой», — ответил он.

Когда всё закончилось, Влади долго разбирала бумаги в надежде найти ту открытку, на которой он написал свои последние строки.

А дома, во Франции, ее ждала телеграмма:

"Мне меньше полувека — сорок с лишним.

Я жив, тобой и Господом храним.

Мне есть что спеть, представ перед Всевышним,

Мне есть чем оправдаться перед ним".